Не знаю, откуда она взялась: просто пришла к нам сама и решила остаться…

2678
1
18
Мы ехали из Петербурга на дачу, точнее, бежали от коронавируса в надежде, что сто пятьдесят километров защитят нас от этой заразы. Погода была под стать нашему настроению, сырая и мерзкая, как всегда в начале апреля.

С неба сыпался мокрый снег, щетки все время работали, лобовое стекло то и дело заливало жидкой грязью. Я тихо ругался на погоду и трудную дорогу, отрывисто и резко отвечая на вопросы жены. Все мысли были о том, что осталось дома – работа, привычный налаженный быт, взрослые дети, работающие в Питере среди пандемии… Наши редкие колючие слова едва цеплялись друг о друга, только увеличивая неприятный настрой. Мы оба были не в настроении.

Не знаю, откуда она взялась: просто пришла к нам сама и решила остаться… фото

Наконец, мы подъехали к дому. За зиму я совсем забыл, что старого сарайчика больше нет. Когда-то это была времянка, где жили мои предки, пока строился дом. Потом она стала кладовкой, где хранились дрова и инструменты. Там прошло все мое детство… Но всему приходит свой срок: прошлым летом, когда крыша у сарайчика совсем провалилась, пришлось его снести. Сосед, Юрий Федорыч, притащил мощную бензопилу и, насвистывая, принялся за дело.

Все у него получалось быстро и толково; подпилив столбы у основания, он уперся в стенку, поднажал, и вся конструкция с жутким замогильным скрипом завалилась набок и сложилась как карточная колода. Сосед стоял ко мне спиной и не видел, как из-под сарая в тот самый момент метнулась тень, и небольшое мохнатое существо со стоном пронеслось по двору и исчезло под домом. Никто кроме меня его не заметил.

«Так вот где он жил все эти годы», подумал я. Домовой. Я всегда знал, что в нашем старом доме есть привидения. Иногда ночью, особенно в ветреную погоду, на чердаке раздавались чьи-то шаги и скрип старых дверей. Или чья-то тень неслышно мелькала за спиной; обернешься, а там уже никого нет. Или старинная фотография на стене вдруг начинала смотреть на тебя живыми глазами… Это наш домовой напоминал о себе…

Сейчас на месте старого сарая стоял новенький крепкий хозблок, около него я и поставил машину. Мы стали таскать наши сумки в дом, щурясь от ветра и мокрого снега. Именно тогда мы оба услышали откуда-то снизу громкое жалобное «мяу», но никого не увидели и поскорее ушли в дом. Через несколько часов у нас стало тепло и уютно, горела печка, мерцал телевизор, вкусно пахло домашней едой. Уже к вечеру, выходя из дома за дровами, я опять услышал это жалобное «мяу», покрутил головой, но так никого и не заметил в темноте.

Мяукающее существо выбралось из-под хозблока только на следующий день. Оно было замерзшее и страшно голодное. Погода стояла прохладная, ясная, и, пока оно с жадностью уминало у порога наше нехитрое угощение, мы внимательно осмотрели его со всех сторон. Это, конечно, был кот, но удивительной окраски: по темно-желтому фону шкурки шли серые полосы и пятна, так что желтого цвета почти не было видно. Как будто этот чудик забрался в печку, потерся там об стенки и замурзанный, весь в золе, выбрался наружу.

- Мурзик, - сказал я жене. – Настоящий Мурзик.

Существо, вмиг сожравшее всю свою еду, отошло на метр и стало вылизывать шерстку.

- Это кошка, - ответила жена.

- Ну, значит, Мурзилка, - отрезал я.

На том мы и порешили. Все равно иначе чем Кисой ее никто не называл.

Наверное, нужно описать ее подробнее.

Зрелище, надо признать, было не из приятных. Типичная беспризорная кошка: рахитичная прогнутая спина, грустные желтые глаза, клочковатая тусклая шерсть. Местами шерсти не было вообще, и голые участки кожи противно белели каким-то пухом. Небольшая по размеру, страшно худая. Молодая, года полтора. И нельзя сказать, что по своим манерам это была совсем уличная кошка: у нее явно имелись навыки общения с людьми.

Откуда она свалилась? У нас на даче соседи знают и своих, и чужих кошек на три улицы вперед. Эту «красавицу» никто не знал. Жена Юрия Федорыча, Люда, рассказала, что недавно это кошечка заявилась к ним прямо на веранду и стала выпрашивать еду. И это при том, что у них свои две кошки и собака, которые были тут же, недалеко.

Подивившись ее смелости, ей для забавы кинули кусочек черного хлеба. Когда она сожрала весь хлеб до последней крошки, соседи поняли, что с кошкой беда. Ее накормили до отвала и приютили во дворе, под крышей сарая для дров. В дом ее, конечно, не пустили, а то еще нанесет всякой заразы с улицы. Там она и жила неделю на соседских харчах, пока соседи не уехали к детям на несколько дней. А тут как раз приехали на дачу мы…

Хочу сказать, повезло нам с соседями. Если люди способны пригреть несчастное животное, они и тебе помогут в трудную минуту. Надежные люди, правильные. И кошечку эту они готовы были нам отдать, только… Дело в том, что у моей жены никогда не было кошки. У меня была, а у нее – нет. И сколько я ни просил завести в доме кота, она всегда уходила от ответа. Но только к любому человеку можно подобрать свой ключик…

На следующий день стало теплее, выглянуло солнышко. Мы целый день возились на участке – убирали старые листья, окапывали кусты, вывозили мусор. Киса уже с утра сторожила нас у дверей. Получив свой завтрак (а потом обед, а потом ужин), она целый день как хвостик ходила за женой, сопровождая ее во всех делах, терлась о ноги, мяукала – и добилась своего.

К вечеру похолодало и опять пошел мокрый снег. Мы мирно пили чай на кухне, когда жена, серьезно глядя на меня, стала рассказывать:

- Мы сегодня целый день общались с Кисой, она мне все про себя рассказала.

Я молчал. По тревожным глазам жены я уже все понял.

- Кошка сказала: я потерялась. Или меня выкинули из дома плохие люди. Или моя хозяйка, старая бабушка, померла, и я осталась одна на улице. Как-то перезимовала, отощала вконец. Живу у соседей в сарае, но они меня себе не оставят, у них своих кошек две. И еще собака. Вот так я и живу – дома нет, хозяев нет, паспорта нет, прописки нет. Возьмите меня к себе!

Пора было что-то отвечать. Я пожал плечами и сказал:

- Снег идет. Ты же не оставишь ее на улице?

Жена просияла, и мы пошли пристраивать Кису у нас в прихожей. Дальше прихожей мы ее тоже пока не пускали.

Вечером, когда наша обжора мирно посапывала на коврике в прихожей, жена села писать план. План лечения кошки. Дело в том, что жена моя врач, и красный диплом Санитарно-гигиенического института во многом определял ее жизнь в тот трудный период. Очевидно, эпидемиологов бывших не бывает. Три раза в день мы не отрываясь смотрели в новостях сводки по коронавирусу.

Жена помнила наизусть все цифры и графики; все мероприятия властей тщательно анализировались и обсуждались в нашем семейном кругу. Все отступления от режима самоизоляции решительно пресекались. В магазин мы заходили исключительно в масках и перчатках, а когда после магазина я протирал влажной салфеткой ручки дверей своего авто, народ взирал на меня с неким уважительным изумлением.

Так вот, когда появился требующий лечения мохнатый больной, часть энергии жены ушла в ту сторону, в результате чего появился ПЛАН ЛЕЧЕНИЯ. Он до мельчайших подробностей содержал все мероприятия по полному оздоровлению Кисы – необходимые анализы, посещения ветклиник, режим питания, борьбу с паразитами и гельминтами, и т.д., и т.д, а также программу постепенного допуска Кисы в помещения нашего дома – сначала на кухню, потом в комнаты по мере подтверждения анализами ее полного выздоровления.

Поразмыслив, я понял, что наших врачей все-таки хорошо учат. Дайте им время поработать с пациентами, они на каждого больного составят такой план лечения и будут его тщательно исполнять. Если только им дать такую возможность… Ну, а то, что моя жена хороший врач, я знал давно. Оставалось только принять ее план к исполнению.

Мне предписывалось найти в интернете хорошую ветклинику и пару-тройку зоомагазинов. На удивление, в нашем областном райцентре все это было в изобилии. Попутно я решил посмотреть, что же означает слово «мурзилка» в своем первоначальном смысле. Продираясь в и-нете сквозь популярный советский журнал для детей, я набрел на такой же, но еще дореволюционный журнальчик, и стал копать дальше.

Выйдя на уровень словаря Владимира Даля, я нашел старинное значение этого слова. Оно меня настолько озадачило, что я несколько минут смотрел на экран, не веря себе, а потом пошел гладить нашу кошку. В интернете черным по белому было написано, что «Мурзилка – это маленький мохнатый домовой». Наш зверь мирно потягивался во сне, а я, не веря себе, смотрел на него и никак не мог поверить, что теперь этот мохнатый комочек будет нести в себе душу нашего дома…

Наутро мы отправились по магазинам. Жена смотрела на меня с изумлением: я покупал для кошки все самое лучшее, не глядя на цену – самую удобную переноску, самый дорогой набор мисок, самую вкусную кошачью еду. Это при том, что в разгар пандемии все фирмы были закрыты, работы не было, и лишних денег не было тоже.

Последней каплей стала покупка расчески, точнее, щетки для расчесывания кошачьей шерсти. Я со знанием дела долго и придирчиво выбирал в галантерее такую щетку, чтобы она была мягкая и с тупыми пластмассовыми наконечниками. Такая нашлась только в детском исполнении, с розовыми цветочками и бантиками. Тут уже не выдержала жена:

- Купил для своей любимой девочки расческу с цветочками, - ехидно поиздевалась она.

Я взглянул в ее сердитые зеленые глаза и, кажется, понял истинную причину подступающей грозы.

В большом универсаме, куда мы зашли за продуктами, я выбрал самую красивую шоколадку и демонстративно оплатил ее своей картой как отдельную покупку.

- Это тебе, - сказал я жене. – У меня теперь две девочки. И обе любимые. И я об этом всегда помню.

Вообще, надо сказать, наша Киса крепко спаяла нас в одну семью. Теперь наша троица – я, жена и кошка, - представляли собой сложный треугольник взаимных отношений, где каждая из сторон четко выполняла свои функции. Я кормил кошку, жена ее лечила, кошка вроде бы отвечала нам взаимностью, причем с каждым из нас вела себя совершенно по-разному. Этот треугольник гнулся, трещал, но стойко выдерживал все испытания. Треугольник – это вообще очень прочная фигура…

Расскажу, например, про кормежку. Где-то я читал, что все детдомовские дети недоверчивы. Потому что один раз в жизни их уже предали. Я решил, что к нашей кошке это тоже полностью относится. Значит, я никогда не буду на нее кричать, ругать или бить. Только ласка, только спокойствие. Но главное для животного – это все-таки еда. Наша обжора могла съесть любое количество пищи, причем трижды в день. Мало того, это свободолюбивое существо было уверено, что оно имеет полное право, помимо своей кошачьей еды, на всю ту еду, которую ели мы сами.

Мы всегда сначала кормили кошку, а потом садились за стол. Мою жену Киса обходила стороной, она знала, что там ей ничего не светит. Эта пройдоха сразу шла ко мне, садилась рядом и молча, не выпуская когтей, мягко трогала меня своей серой лапой. Я переводил свои глаза вниз, смотрел в ее бездонные желтые глаза с огромными черными зрачками и неизменно что-нибудь ей давал.

Почему? Это особая история… Как-то в Иерусалиме нас привезли на экскурсию в музей Холокоста. Среди погибших шести миллионов евреев было полтора миллиона детей. Им стоит там отдельный мемориал. Это небольшая белая пирамида, внутри которой абсолютно темно.

Где-то в темноте горит одна единственная свеча, но, преломленная тысячью зеркал, она отражается сверху, снизу, сбоку – всюду вокруг. Ты идешь по невидимой бесконечной тропе, заблудившись среди этих огней, а тебя повсюду настигает громкий голос, не умолкая читающий на всех языках имена погибших детей – еврейские, русские, польские… Я никому не посоветую отправиться туда на экскурсию, мера воздействия слишком велика. Я, взрослый мужик, вошел туда одним человеком, а вышел другим.

К чему это я? Так вот, когда я впервые посмотрел вниз на кошку и увидел эти глаза с блокадных картин Ильи Глазунова, я понял, что пропал. Я уже говорил, что к каждому человеку можно подобрать свой ключик, и нашей кошке это вполне удалось. Пусть этот мохнатый ребенок знает, что от меня он всегда получит столько еды, сколько сможет съесть, что он никогда больше не будет голодным и больным. Пусть ест по две порции. Пусть станет потом ленивым и толстым, это не страшно. Мы будем любить его и таким!

Вы уже поняли, что кормили мы нашу кошку совершенно неправильно. Зато лечили мы ее по всем медицинским канонам. Буквально на следующий день мы запихнули нашу Кису в переноску и повезли в клинику. Ехать было ровно пять минут. Ветклиника отыскалась в аккуратном домике у моста, я сто раз проезжал там мимо.

Никто не любит ходить по врачам, вот и меня мучило смутное беспокойство за нашу Кису. Но когда я увидел этих милых девушек-ветеринаров, добрых, тихих, глазастых, в аккуратных чистеньких комбинезончиках, у меня отлегло от сердца. Они так спокойно и умело проделывали все процедуры своими тонкими пальчиками, что наш зверь даже не дернулся от укола, не царапался и никого не укусил. Я был очень доволен.

Расчувствовавшись, я взял кошку на руки, гладил ее и приговаривал:

- Вот и все, не бойся, наш маленький, мохнатенький!

Засунув Кису в переноску, я поднял глаза и столкнулся с изумленными широко раскрытыми глазами жены. Она смотрела на меня сверху вниз, глаза ее откровенно смеялась.

- «Маленький, мохнатенький», - ехидно передразнила она мои интонации.

Сначала я изумился. Потом рассердился. Потом задумался. Потом я вспомнил, что добрые ласковые слова нужны в этой жизни не только кошкам, а я в последнее время как-то об этом подзабыл… Зато жена увидела, что я на что-то человеческое еще способен… Спасибо кошке…

Так вот, про кошку. У нее, как и следовало ожидать, обнаружили целый букет уличных болячек. Но у нас был великий план лечения, которому мы свято следовали! Мы теперь боролись с гельминтами, паразитами и микроспорией. Мы давали кошке какие-то суспензии, эмульсии и витамины. Мы по графику кололи ей в клинике различные вакцины и делали прививки.

Вы, конечно, понимаете, кто у нас дома всем этим руководил. Теперь, наконец, у бедного животного появился свой паспорт, и милые девушки неизменно вклеивали туда красивые цветные стикеры обо всех проделанных процедурах. Я смотрел на это медицинское раздолье примерно так, как папуасы смотрели на Миклухо-Маклая. Но, надо признать, повторные анализы показали, что со здоровьем у Кисы все стало в порядке. А когда месяца через три она оделась как плащом новой блестящей желто-серой шерсткой, я совсем успокоился.

Но я не сказал вам главного! У нас, конечно, были смутные сомнения, но в клинике нам все подтвердили. У нашей кошки будут котята!

Больше всех беспокоилась о предстоящем событии моя жена. А кошка вела себя как обычно - бегала, прыгала, лазала по деревьям. При ее худобе особых внешних изменений в ней не наблюдалось, изменений в поведении не было видно тоже. Но когда подошел ее срок, все сразу изменилось.

Был теплый майский вечер, темнело, мы смотрели что-то по ТВ. Сначала кошка прыгнула на диван, к жене, и прильнула к ней. Никогда раньше она такого не делала. Временами она начинала беспокоиться, мяукать, кружила по полу, потом снова прыгала на диван к жене под бочок. Что интересно, ко мне на руки она не шла; знала, мохнатая, где искать помощи.

Посовещавшись, мы решили, что время пришло. Пришлось мне посреди ночи искать в хозблоке просторную коробку. Туда легли одеяльце, простыня, затем кошка. Затем все это сооружение мы поставили в пустую спокойную комнату для гостей и выключили свет. Только кошка не хотела оставаться там одна! Она раз за разом снова прыгала к жене на диван и жалобно мяукала. Пришлось отправить в гостевую комнату и жену. Только когда жена легла там на кровать и положила руку на кошачью спинку, та согласилась полежать в коробке.

- Принеси мне сюда одеяло, - попросила жена.

Я озадаченно на нее посмотрел и пошел за одеялом. Дело в том, что моя жена строго соблюдает режим. Ни интересная передача, ни что-либо еще не способно совратить ее с пути истинного. Вечерний душ, стакан кефира, сон – вот ее «модус вивенди» на вечные времена. На моей памяти такой нарушение режима случилось впервые; оказывается, ради любимой кошки жена способна и на это!

Я накрыл ее теплым одеялом, выключил свет и поплелся к телевизору. Похоже, там я и задремал. В два часа ночи, когда я проснулся и осторожно заглянул в их комнату, жена, открыв один глаз, пробормотала сквозь сон:

- Поздравляю, вы уже дедушка!

Я осторожно заглянул вниз. Там, в коробке, копошился крошечный черный клубочек, кошка тщательно его вылизывала. К утру таких клубочков стало четыре – черный, рыжий, и два черно-белых. Так мы и стали жить всемером.

О том, как мы растили котят, как отдавали их в хорошие руки, можно было бы написать отдельную книгу. Но мой рассказ немного о другом, поэтому я остановлюсь только на двух событиях.

Когда котята немного подросли, наша мудрая кошка перетащила их из коробки на чердак. Она брала их по очереди прямо в пасть и так, за холку, тащила вверх по лестнице. Там котята были в полной безопасности, могли бегать сколько угодно по чердаку и не могли сами спуститься вниз. Лестница была им пока не под силу.

Мы накупили для них в зоомагазине кошачьих игрушек и принесли на чердак. Всякие там погремушки нашу Кису совершенно не заинтересовали, но, когда она увидела мячик, обычный небольшой поролоновый мячик, глаза у нее загорелись. Похоже, все-таки ее детство прошло среди людей, и такой мячик в детстве у нее был.

Она брала его в рот, кусала, отпускала, гоняла лапой по чердаку. Она научила этому котят. Когда игры заканчивались, она прятала мячик где-то в укромном углу как любимую драгоценность, а в нужный момент снова приносила его во рту и важно отдавала своим котятам для игры.

А потом наступил тот самый день, День Камбалы.

Пару раз в неделю мы ездили за едой. Кошка обычно ждала нас у порога и тщательно обследовала нашу добычу. Вела она себя при этом крайне интеллигентно, никогда самовольно не залезая в пакеты с едой. За одним, правда, исключением: запах сырой рыбы сносил ей мозг. Она безошибочно вынюхивала среди наших сумок пакет с рыбой и пыталась запустить туда свои когти. На этот раз ее ждало чудо.

На нашем рынке, где глаза разбегаются от заморских фруктов и местных лесных даров, рыбный ларек был более чем скромным. Но сегодня он превзошел себя! Где только они взяли такую камбалу? Это были не обычные замороженные пластинки размером с ладонь, нет, это была настоящая рыба размером с экран телевизора, совершенно свежая, охлажденная, и на ее серой в пятнышках спине я, как на экране, увидел себя в детстве, в Крыму.

Я сразу вспомнил запахи портового базара, хмельное южное изобилие, великанш – торговок в белых фартуках и рыбу, огромного размера черноморскую камбалу, точно такую же как эта. Я не раздумывая потянулся к кошельку, и невиданная рыбина, которая не влезала ни в один пакет, стала нашей.

- Ты с ума сошел, куда нам столько? Что мы с ней будем делать? – эти совершенно трезвые слова жены не проникали в мой мозг; я был еще там, в своем жарком южном детстве, и моя душа никак не хотела оттуда возвращаться…

Дома начался спектакль. Сначала я с жутким трудом запихнул рыбину в холодильник, она туда никак не влезала. Потом кошка уселась у холодильника и ни за что не хотела оттуда уходить. Убегала покормить котят, и снова возвращалась на свой пост. К вечеру я все-таки выгнал с кухни всех - и жену, и кошку, и принялся за рыбу.

Известно, что женщин к мясу и рыбе подпускать нельзя, тут требуются мужская решительность и отвага. Я резал рыбину на большие, в два пальца толщиной, куски; все равно ни на одну сковородку она бы целиком не влезла. Через полчаса кипящее масло буйствовало на сковородке, борясь с ослепительно белой, покрытой золотой корочкой рыбой. Рядом в кастрюльке булькала молодая картошка, а еще в одной кастрюльке варились кусочки рыбы для любимой кошки, без соли и специй. Как и положено.

А потом мы все вместе ужинали… Вечер на исходе белых ночей был мягким и теплым, я раскрыл окна в сад. Кошка с улицы запрыгнула на подоконник и давно уже внимательно за мной наблюдала. Она видела, что ей дали точно ту же еду, что и нам, людям, ту же рыбу с картошкой, а когда все было в момент сметено, дали полную мисочку снова. Мы еще долго сидели за столом, пили чай, а кошка все не уходила от нас, сидела посреди кухни и вылизывала, как обычно, свою шерстку, и мы были все вместе, одна семья, и всем нам было спокойно и хорошо…

Я мыл посуду после ужина, когда услышал за спиной незнакомый мне кошкин звук. К тому моменту я уже знал весь ее словарь – каким звуком она выпрашивает еду, каким – созывает котят, и так далее. Но этот звук был совершенно новым. Я обернулся. Кошка сидела у меня за спиной, а в зубах у нее был тот самый поролоновый мячик.

Она раскрыла пасть и положила мячик к моим ногам, а потом долго, мигая и щурясь, смотрела мне прямо в глаза. То есть, если перевести ее действия на русский язык, этот мохнатый комок шерсти не поленился сбегать на чердак, чтобы принести мне в благодарность самое дорогое, что было у него на свете!

Я думаю, именно в тот момент наш треугольник сложился окончательно. Какие-то неведомые замочки в его вершинах защелкнулись, крепко соединив нас троих на веки вечные. Ведь треугольник – очень жесткая фигура, это вам любой математик подтвердит.

И последнее. Я на этом свете никому не верю, и ни во что не верю; жизнь научила. Но если есть все-таки тот небесный кукловод, который держит в руках нити нашего бытия, то протянул же он зачем-то из своего небесного центра три прочных нити к вершинам нашего треугольника! Полученная фигура называется в математике пирамидой, прочнее ее на свете нет. Вон, стоит же пирамида Хеопса уже три тысячи лет, и ничего на свете ей не страшно.

АВ
Автор:
Александр Вальт
Опубликовано: 18 января 2021
Комментарии1
А
Алик
18.08.2021 02:21
Очень хороший рассказ 😊👌

Смотрите также

Объявления
Объявления
Добавить объявление
Вопросы и ответы про кошек
Задать вопрос
Кошачьи новости
Форум
Мне 84, и кошатник старый. Все кошки разные, как и люди, но эта последняя удивительна....
11.08.2021 15:38
Здравствуйте! Кошке 8 месяцев. Игривая, послушная. Порода шотландская с прямыми ушками. Четыре дня назад давал лекарство «Хилак Форте” и...
16.06.2021 02:49
Решили отвести кошку на стерилизацию, так как после родов стала все интенсивней и болезненно гулять. Таблетки и разные капли к сожалени...
01.06.2021 10:22
Несмотря на то, что эти пушистики живут возле человека более 9 тысяч лет, ученым все еще сложно объяснить повадки кошек, которые людям мог...
30.03.2021 11:44
На самом деле я не совсем понимаю в какую рубрику мне написать. У меня вопрос по здоровью и поведению шотландской вислоухой. Кошке 15,5 лет,...
12.03.2021 19:37
Забавные, смешные и очень трогательные истории про кошек, которые не оставят вас равнодушными.